Жан Батист Сантер, Антуан Куапель

Союз Венеры с Бахусом (Н.Н. Куапель) К тому же поколению, как Ларжильер и Риго, принадлежит и Сантер1. На этого художника, открыто заведшего у себя, под видом рисовальной школы, целый гарем молодых девиц, следует обратить особое внимание с культурно-исторической точки зрения. Это едва ли не самый типичный для эпохи регентства художник или, вернее, как бы один из предвестников ее (художнику было в момент вступления Филиппа в управление государством около шестидесяти лет, и мастер не дожил до конца пресловутого «полуцарствования»).

Но и в истории живописи Сантер заслуживает внимания, с одной стороны, как сочинитель нового, более утонченного, типа женской красоты, предвещающего нимф и граций Буше, с другой — как один из первых жанристов. Правда, «бытописатель» Сантер не шел дальше того, чтобы изображать личики и полуфигуры миловидных особ, которых он наряжал в разные костюмы и освещал то дневным то вечерним светом, являясь в этом подражателем венецианцев Либери и Строцци и предвещая Пьяцетту, Розальбу и Ротари. Но и этого уже было для того времени довольно, ибо самые сюжеты Сантера означали поворот от помпезного, выспреннего искусства Лебрена — к «милой обыденности».

В группе колористов Сантер заслуживает особого внимания как один из пытливых «алхимиков живописи». Правда, его хитрые опыты над красками ни к чему особенно блестящему не привели, но уже важно то, что он этими опытами занимался и что художественный мир наполнялся слухами о его поисках тех способов, которые могли бы дать живописи вечность. Сейчас любопытно и то, что в этой погоне за «вечной» живописью любимец регента обратился за рецептами к тому источнику, открытием которого так кичатся наши футуристы, — к вывеске, изобиловавшей в те малограмотные времена на парижских улицах не менее, нежели в современной России2.

Антуан Куапель является настоящим художником-типом всего разбираемого переходного момента живописи3. Во многом этот мастер еще дальше своих современников пошел в сторону какой-то «размягченной нервности». Все его искусство еще более женственно, еще более дрябло по формам; краски цветисты до пестроты, техника «приятна» до приторности. У него же какое-то пристрастие к разным бутафорским безделушкам, к драгоценным уборам, к парче, к сверкающему атласу, к пернатым шлемам производит на картинах впечатление мишуры и ребяческого щегольства. И в связи с этим находится что-то измельченное в композиции, пафос, доходящий до смешного, склонность к «извилистым» преувеличенно-грациозным жестам, к танцевальным позам. Самые персонажи Куапеля сразу выдают не мощных героев эпохи Лебрена (и, во всяком случае, не античных мужей и матрон), а членов упадочного изнеженного общества «малых дворов», людей элегантных, вежливых, «тихих» и до мозга костей развращенных.


Ярость Ахилла (Шарль-Антуан Куапель)1 Jean Baptiste Santerre родился в Маньи, близ Парижа, 1 января 1658 г. Ученик Франсуа Лемэра и Бон Булоня. Академик — в 1704 г. Умер 21 ноября 1717 г. Картины мастера находятся в Версальской придворной церкви («Св. Тереза»), в Лувре, в Версальском музее, в музеях Бордо («Кухарка»), Нанта («Чистка моркови» и «Заснувшая девушка»), Орлеана («Любопытство», «Садовница»), в Гатчинском дворце и т. д. В Эрмитаже С. представлен рембрандтескным «Портретом дамы» (1699 г.). См. «Мегсиге de France", декабрь 1717 г. и 1718 г. (перепечатка в «Revue universelle des arts", 1861; A. Potiquet «J. B. Santerre", Paris, 1876). Кроме упомянутого выше Куртэна, иногда к Сантеру приближается и красивый мастер, крестный сын Жувене Jean Baptiste Nattier (1668—1726), представленный в Эрмитаже картиной «Целомудрие Иосифа» (1711 г.). На Сантера Натье-старший похож и своими предосудительными нравами, вовлекшими его в скандальный процесс (по обвинению в содомии) Дешофуара и к заточению в Бастилии, где художник окончил жизнь самоубийством. О сыне Жана Батиста, о знаменитом Жан-Марке Натье (1685—1766), принадлежащем к поколению Лемуана, мы будем подробно говорить в истории портрета, где он занимает одно из первых мест. Вместе с Сантером и К. Куртэном жанровые головки и фигуры писали в начале века портретист Турниер, Бон Булонь, Антуан Куапель, старший де Труа, Гриму и др.
2 По словам д'Арженвилля, палитра Сантера состояла из пяти сортов «земель» без примеси лаков и стиль-де-грена. В качестве медиума он употреблял ореховое масло, медленный процесс сушения которого заставлял Сантера выставлять свои картины на солнце. Лаком он их покрывал лишь по прошествии нескольких лет. Увы, эти старания, а также усердное его чтение всяких трактатов и изучение анатомии и перспективы не сделали несколько тусклые и вялые картины мастера более живыми. Напротив того, при всей пресловутой неряшливости техники Ватто, мы не знаем ничего более блестящего и пленительного его живописи.
3 Уже о Ноэле Куапеле д'Арженвилль отзывается: «Le nom de се peintre est fort connu dans l'Ecole frangaise». Еще большей славой пользуется старший сын Ноэля (от первой жены, искусной портретистки Madeleine Herault, дочери и сестры живописцев) Antoine, родившийся в Париже 11 апреля 1661 г. и получивший свое образование под руководством отца, которого он сопровождал одиннадцати лет в Италию. После трех лет пребывания в Риме, где мальчик со страстным увлечением изучал Микеланджело и Ан. Караччи и где он уже успел обратить на себя внимание художественного мира, А. К. пробыл некоторое время на севере Италии, увлекшись Корреджо и венецианцами. Всего 18 лет он исполняет две большие картины для приходской церкви в Версале; на следующий год он пишет большую картину («Un Mai») для парижской Notre-Dame, а в 1681 г. три картины для монастыря Assomption; двадцати лет юноша уже принят в число академиков. «Monsieur», брат короля, назначает его своим «premier peintre». В 1864 г. — адъюнкт-профессор Академии; в 1692 г. — профессор; в 1707 г. — адъюнкт-ректор. С 1710 г. — хранитель картин и рисунков короля. Около этого времени он получает выгодное приглашение в Англию, но Филипп Орлеанский, для которого А. К. с 1702 по 1716 гг. исполнял роспись «Большой галереи» в Пале-Рояле и которому он давал уроки живописи, лично убеждает его остаться. В 1714 г. А. К. избран директором Академии; в 1716 г, получает высшее отличие для художника — звание «первого живописца короля», а в 1717 г. возведен в дворянство и награждается придворным званием шталмейстера. Вскоре, однако, после этого переутомление повергает К. dans une maladie de langueur, от которой он скончался 7 января 1722 г. Главнейшим произведением А. К. является плафон «Галереи Энея» в Пале-Рояле, от которого в оригинале нам остались лишь фрагменты в музеях Ренна и Монпелье, но который в целом был воспроизведен Тардье, Пикаром, Томассеном, Сюрюгом, Депласом, Пуальи. Одинаковым достоинством с этим ансамблем обладают картины мастера, исполненные для гобеленных шпалер с библейскими сюжетами (ныне в Лувре) и плафон в Версальской дворцовой церкви. Кроме того, от Куапеля сохранились многочисленные станковые картины, из которых лучшие сейчас находятся в Лувре (там же в кладовых фрагменты юношеской его работы — фресок в павильоне Choisy), в музеях Канна (портрет любовницы регента, г-жи Парабер), Перпиньяна, Монпелье, Безансона, Тулузы. Эрмитаж обладает характерным произведением мастера, украшавшим некогда, вместе с целым рядом других, Медонский замок (другая картина из той же серии — «История Психеи», — вероятно, в кладовых нашего музея). В Академии Художеств Куапель представлен двумя не вполне достоверными картинами на меди: «Отдых Дианы» и «Бахус и Ариадна», отличающимися чрезвычайной зализанностью. Художественные взгляды А. К. нам известны по его докладам. «Vingt discours sur la peinture» (Paris, 1721) и «Epitre d'un pere a un fils», помещенному в «Delassements poetiques» La-martiniere'a. Биография мастера написана его сыном Шарлем Антуаном и помещена в «Vie des premiers peintres du roi».

Предыдущая глава

Следующая глава


Нянюшка с ребенком. 1911 г.

Арлекинада. 1906 г.

Арап. 1918 г.


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 4 > Французская живопись с XVI по XVIII век > Колористы-исторические живописцы > Жан Батист Сантер, Антуан Куапель
Поиск на сайте   |  Карта сайта