Пейзаж в живописи Джорджоне

Суд Соломона (Джорджоне) Условности встречаются и на картине Джорджоне в Уффици "Огненное испытание Моисея"; даже им дано здесь несравненно больше места, что уже заставляет отнести это произведение к более раннему периоду творчества мастера. Любопытно отметить в ней и некоторые следы влияния Перуджино (и Франчии?). В то же время, однако, пейзаж здесь вполне самостоятельный. К горным фонам Чимы и Базаити он относится также, как этюды Дюрера (с которыми можно здесь найти нечто общее) к картинам Витца и швабских мастеров середины XV века. Формы природы потеряли прежнюю черствость, сухость, граненость. Все стало мягким, тающим. Возможно, что в этом новом моменте сказываются, кроме итальянских влияний, и влияния нидерландцев и немцев, ведь около того же времени (приблизительно в 1500 г.) появились превосходные пейзажи Матсейса и Герарда Давида, но, допуская это, нужно признать, что венецианец перетворил в себе завоевания северян и усовершенствовал их до неузнаваемости1.

Между картиной в Уффици и "Грозой" следует поместить картину в лондонском собрании лорда Аллендэля "Поклонение пастухов". Л. Юсти ставит ее в центре целой группы картин, которую он называет "Аллендэльской". Нам не удалось видеть оригинала, но, судя по воспроизведениям и по копии в Венском музее, это один из шедевров Джорджоне. В этой поэтичной, трогательной картине обнаруживается некоторая ошибка в перспективе: пейзаж, расстилающийся за первым планом, кажется слишком близким, между тем как размер фигур, его оживляющих, указывает на то, что Джорджоне считал его отстоящим более далеко. Получилась, однако, эта ошибка из обычного желания художника придавать всему "корпусность"2. Второй и третий план вылеплены у него с такими же подробностями, как и первый; те же отношения сероватого света и коричневатых или голубоватых теней встречаются как в изображении пещеры, у которой происходит поклонение Младенцу, так и в изображении деревянной постройки слева и дерева, у которого расположились пастухи. Тонкий вкус удержал при этом мастера в пределах гармонии. Самая эта корпусность, осязаемость, эта мастерская лепка не сообщают картине грубой реалистичности, не отнимают у нее аромата тонкой поэзии, но лишь способствуют ее убедительности, ярче выявляют ее основную идею - представить Рождество Спасителя на лоне природы, среди тихой деревенской жизни3.


1 По видимому, мотив взят прямо с натуры. Здания уже не "немецкие", как у умбрийцев или на "Геометрах", а характерно венецианские. Особенно это замечается в "убедительности" деревушки, белеющей у темной лесистой скалы, в силуэте этой скалы, выделяющейся на фоне далеких гор, наконец, в форме самых гор, представленных не в виде приставленных одна к другой плоских кулис, но в виде грандиозных "вылепленных" масс, кажущихся на расстоянии мягкими и прозрачными. Передает Джорджоне простор именно благодаря тому, что каждая форма у него лепится, что он добивается передачи ее объема, а не трактует ее как плоскую проекцию. Парная в Уффици картина "Суд Соломонов" едва ли писана Джорджоне. Не только фигуры несравненно более сухи, деревянны и примитивны, но и пейзаж, с первого впечатления, очень близкий к пейзажу в картине "Моисей", выдает и другую душу, и другое мастерство. Складывается этот мотив из тех же подробностей: венецианских зданий, гор, скал и древесных кулис на первом плане. Но все это имеет "склееный" вид, все это исполнено робко, и, главное, картине недостает корпусности. Еще менее за Джорджоне можно оставить красивую и сказочную, но слабо нарисованную картину в лондонской Национальной галере, которую, кажется, нужно истолковывать как "Приношение животными дани Августу". Ее приписывали, без большого основания, и Романино. Последнему надо отдать две красивые, жгучие по краскам кассонные картины с мифологическими сюжетами в Падуанском музее, тогда как подобные же картины в Венецианской семинарии следует отнести к более позднему времени (к 1530-м или 1540-м годам). Возможно, что Джорджоне принадлежит кассонная картина с историй Пирама и Тизбеи в Падуанском музее, к сожалению, очень пострадавшая от времени.
2 Вопрос соперничества пластики с живописью занимал теоретиков Ренессанса, и в лице Джорджоне живопись нашла себе в этом споре одного из самых сильных поборников. Вазари даже рассказывает о нем следующий характерный анекдот. Однажды зашел спор между Джорджоне и некоторыми скульпторами (В. ошибается, приурочивая это к моменту, когда Веррокио работал над статуей Коллеоне), которые утверждали, что скульптура имеет перед живописью то преимущество, что одно и то же произведение являет несколько образов, стоит только обойти вокруг него, тогда как изображенное живописью видно лишь с одной стороны. Джорджоне же утверждал, что живопись может сразу представить несравненно большее количество образов и без того, чтобы приходилось передвигаться перед картиной. "При этом он вызвался изобразить в одной картине и зад, и перед, и два боковых вида одной и той же фигуры, чем они (скульпторы) были совершенно смущены. И исполнил он это следующим образом. Он написал нагого мужчину спиной к зрителю; внизу он представил небольшой ручей, в котором отражалась другая сторона, с одного бока его профиль отражался в снятых им полированных доспехах, с другой - в зеркале)... Это произведение славилось своим остроумием и красотой". Картина Джорджоне не дошла до нас, но аналогичную задачу мы видим в так называемом "Портрете Гастона да Фуа" Савольдо в Лувре и в "Женщине за туалетом" Биссоло в Венском музее.
3 "Простая жизнь изображена с изумительным реализмом и все же без вульгарности", - говорят Кроу и Кавалькассель, первые обратившие серьезное внимание на эту картину, которую уже они привели в связь с "Волхвами" в Национальной галерее. К этой же группе картин относится и "Св. Семейство" в собрании Бенсон. Нечто общее можно усмотреть здесь и с картиной Корреджо "Поклонение Младенцу Христу" в Брере (из собрания Креспи). Сходство же с Лревитали нужно, как кажется, объяснить влиянием Джорджоне на своего товарища.

Предыдущая глава

Следующая глава


Арка Главного штаба. 1941 г.

Мучение святой Лучии (Доминико Венециано)

Уллис ожидает Хризиду (Клод Лоррен)


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 2 > Венецианская живопись «Золотого века» > Джорджоне: душа, влюбленная в жизнь > Пейзаж в живописи Джорджоне
Поиск на сайте   |  Карта сайта