Роль академизма

Мавзолей канцлера Сегие (По проекту Лебрена) И вот когда пригодился академизм, вот где он, согретый непосредственным интересом могущественного правителя, сыграл грандиозную роль и всецело оправдал себя. Мы все, клянущие академизм, не можем, вступая на террасу Версальских садов, не почувствовать душу захватывающий восторг, не поверить, что перед нами одно из самых прекрасных и самых высоких произведений искусства. А между тем, что есть Версаль, как не порождение, как не триумф единой воли, имеющей в своем распоряжении прекрасно налаженный механизм, изумительное мастерство, привитое сотням порабощенных художников.

Что здесь Жирардона, что Реньодена, Марси или Тюби — совершенно не важно знать, ибо и самый изощренный глаз едва ли отличит приемы одного из этих ваятелей от приемов других. Не все ли равно, кому принадлежат какие части замка: Лево, Лебрену или Мансару, — ведь каждая часть, при своей безличности, так спаялась с остальными, что сейчас ее трудно отделить. Но вот все вместе взятое, это «безличие» оказывается обладающим изумительным лицом — лицом царственности.

Версаль — храм единой воли, принятой всеми во имя общего величия и общей налаженности жизни, храм гармонии, построенной на сложном и глубоком чувстве иерархии. Версаль не есть дворец и сад, а сама прекрасная природа, гигантский пейзаж, в котором веют особые мощные, бодрящие ветры, струятся особые ароматы, и все: бронза, мрамор, стриженые и не стриженые деревья, бассейны, водометы — все поет гимны человеческому величию, достигшему предельной степени в лице одного избранника, одного «вознесенного Божьей милостью».

Без академии и особенно без академизма — строго дисциплинированного, превращенного в совершенное орудие «просвещенного деспотизма» — ничего подобного не могло бы получиться. И в данном случае мы видим одно из самых счастливых совпадений истории: явление сложного общественного смысла нашло себе в момент полной своей зрелости настоящее применение и настоящих двигателей. И как-то особенно счастливой оказалась здесь самая комбинация этих двигателей. Мало того, что воцарился во Франции юный сказочный принц, вселявший во всех «почти веру» в то, что он сошедшее с небес божество, мало того, что образовались, благодаря академической дисциплине, благодаря единой программе изящного, целые легионы художников «принципиально послушных», «убежденно раболепствующих», но нашлись и какие-то гениальные посредники между монархом и художниками, нашлись изумительные по энергии, по силе воли, по широкой своей культурности руководители художественных работ — «режиссёры» и «дирижёры» гигантского спектакля.

Без Кольбера и Лебрена не быть бы Людовику XIV тем «Roi-Soleil», каким он, несмотря на все смешное и несчастное в его царствование, нам представляется. Кольбер, мудрый министр, понял, что истинную длительную и распространяющую на весь свет славу его король может достичь лишь при пользовании искусством, лишь сообщая всему ореол красоты, причем необходимо было, чтобы он по мере возможности участвовал в созидании этой красоты. Умный и неустанно усердный «дирижёр художественного оркестра» Шарль Лебрен отдался всецело руководительству своими собратьями1.


Меццетэн (А. Ватто)1 Charles Lebrun родился в феврале 1619 г. в Париже. Шотландское происхождение фамилии «Лебрен» в настоящее время оспаривается. Отец Л. был скульптором, два брата — живописцами. Девяти лет мальчик уже упражняется в отцовском художестве; тринадцати лет он поступает к Фр. Перрье, а несколько позже им заинтересовывается канцлер Cerie, определяющий его к Вуэ. Всего девятнадцати лет Л., успевший обратить на себя внимание кардинала Ришелье, получает звание «живописца короля». В 1642 г. художник отправляется в Италию на средства Cerie, и от Лиона совершает это путешествие в обществе Пуссена, советы которого, по собственному же отзыву Л., сыграли большую роль в его развитии. В Риме Л., отчасти под руководством Пуссена, изучает Рафаэля, Караччи, Гвидо и антики. В непреодолимом желании вернуться на родину он решается ослушаться приказа Cerie и в 1646 г. самовольно является в Париж. 26 февраля 1647 г. Л. женится на дочери посредственного живописца Suzanne Butay. Первые годы Л. занят преимущественно декоративными работами, из которых наиболее значительно убранство Hotel Lambert (1650-е гг.; здесь главными сотрудниками Л. были скульпторы ван Обсталь и Лепотр и «перспективист» Руссо). С 1657 г. начинаются работы Л. для Фуке в его замке Vaux-le-Vicomte, послужившем прототипом Версалю. На службе у всемогущего министра финансов Л. не только занят обширными живописными работами, но и учреждает обширную мастерскую в Монси, близ Во, в которой по его рисункам исполняется меблировка роскошного дворца. 5 сентября 1661 г. Фуке арестован, обвиненный в лихоимстве и растратах. Однако современники видели настоящую причину опалы в той зависти, которая обуяла юного Людовика XIV при виде безмерной роскоши жизни его министра. Последней каплей в чаше явилось впечатление, которое король и весь двор вынесли от сказочного праздника, устроенного, при сотрудничестве Торелли, Лебреном в Во. Отобравши в казну имущество Фуке, король пожелал присвоить себе и творческую силу чародея-художника, бывшего на службе у опального сановника, и действительно, уже с 1661 г. Лебрен работает для своего монарха. В 1662 г. он, возведенный в дворянство, получает звание «первого живописца короля». Одновременно с этим Л. начинает серию картин «Истории Александра» и декоровку дворцов Тюильри и Лувра (Galerie d'Apollon). В 1663 г. из переведенных в Париж мастерских Монси учреждается прославившаяся на весь мир «Manufacture royale des meubles de la couronne aux Gobelins», всеми работами которой заведывал Лебрен (в первую очередь была начата серия шпалер «Histoire du roi», оконченная в 1675 г.). С 1674 г. начинаются работы по декоровке большой лестницы в Версале (оконч. в 1678 г.). В 1677 г. Л. совершает поездку на военный фронт в Камбрэ, где он принят с особенными почестями самим королем. К 1679 г. относится начало декоровки «Grande galerie des glaces», оконченной в 1684 г. В 1681 г. начаты работы в Марли. В 1683 г. умирает главный покровитель Лебрена — Кольбер. В 1685 г. мастер приступает к живописи салонов «Мира» и «Войны» в Версале, однако явное недоброжелательство Лувуа и охлаждение короля побуждают Л. в 1688 г. покинуть двор и удалиться в свое имение в Монмаранси. В 1689 г. Л., уже больной, переселяется в Гобелены, где в своем доме директора он и умирает 12 февраля 1690 г. Кроме перечисленных работ, произведения Л. украшают музеи Лувра (там же бесчисленные рисунки мастера), Версаля, Анжера, Канна (Caen), Гренобля, Лиона, Кэмпера, Ренна («Снятие со Креста»), Берлина («Портрет семьи банкира Жабака»), Дульвича, флорент. Уффици, Модены, Венеции («Христос и блудница») и проч. Эрмитаж обладает двумя незначительными картинами Л. — «Моление о чаше» и «Спаситель на кресте». Более характерна сложная и красивая композиция в собрании гр. Е.В. Шуваловой «Распятие». См. Nivelon «Vie de Charles Lebrun» (неиздан. рукоп. в парижской Национальн. библ.); Desportes «Vie de Lebrun» в «Vie des premiers peintres du roi», т. I; P. Clement «Histoire de la vie et de l'administration de Colbert», Paris, 1874; A. Genevay «Le style Louis XIV. Charles Lebrun decorateur», Paris, 1886; Henry Jouin «Charles Lebrun et les arts sous Louis XIV», Paris, 1889; Chatelin «Le surintendant Fouquet», Paris, 1883; M. Fenaille «Etat general des tapisseries de la manufacture des Gobelins, periode Louis XIV», Paris, in-folio; Pierre Marcel «Charles Lebrun», в серии «Les maitres de l'art»; «Lebran» в серии «Peintres illustres».

Предыдущая глава

Следующая глава


Точильщик (А. Ватто)

Испытание силы Яна Усмаря (Угрюмов Г.И., 1796—1797 г.)

Азбука Бенуа: Арап


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 4 > Французская живопись с XVI по XVIII век > Роль Людовика XIV в искусстве > Роль академизма
Поиск на сайте   |  Карта сайта