Одаренные Богом

Возрасты женщин (Тобиас Штиммер) Тобиас Штиммер1 представляет собой несравненно более крупное художественное явление. Из всех живописцев немецкого возрождения он лучше всего понимает монументальную стильность. Такие листы, как его "Возрасты", принадлежат к самому внушительному, что создало немецкое искусство после Дюрера. Эти гравюры, на которых с эпическим спокойствием рассказаны повести о цветении и отцветании человеческой жизни, производят впечатление стенных фресок. Многозначительными являются и слова Зандрарта о том, что Рубенс был в восторге от действительно прекрасных иллюстраций Штиммера, которыми мастер украсил библию, изданную в Базеле в 1576 году. Блестящие рисунки Штиммера для расписных стекол2, сохранившаяся фасадная роспись одного дома в Шаффгаузене, не уступающая любой декоративной затее генуэзских или веронских фрескистов, и, наконец, несколько портретов, поражающих своей характеристикой и мастерством техники, дополняют наше представление об этом мастере, которому лишь ранняя смерть помешала приобрести ту мировую славу, которую заслуживала сила его дарования. В полном расцвете покинул жизнь и наиболее даровитый среди художников, занятых при дворе баварских герцогов, - Кристоф Шварц. Если и трудно поверить атрибуции этому художнику одной из прекраснейших картин Венского музея "Женская купальня"3 (в ней слишком много элементов, намекающих на знакомство ее автора с творчеством Рубенса), то все же по картинам Шварца в мюнхенской Michaelskirche и в Старой Пинакотеке мы можем убедиться в том, что Ван Мандер был прав, посвящая немецкому художнику слова: "Жемчужиной немецкой живописи был в наше время Кристоф Шварц, совершенно выдающийся живописец и колорист"4.

Празденства стрелков в Страсбурге (Тобиас Штиммер) Другой мюнхенский живописец, Иоганн Роттенгаммер5, переселился, после многолетнего пребывания в Венеции, в Аутсбург. Считается, что в свою бытность в Италии он сошелся с Яном Брейгелем, и сторонники этой гипотезы указывают на сходство пейзажных фонов у Роттенгаммера с живописью фламандского мастера; существует даже мнение, что часть этих фонов написана самим Брейгелем, тогда как одни лишь фигуры на подобных картинах принадлежат кисти Роттенгаммера. Однако если оба художника и встречались (в Милане?), то лишь на короткое время, да и самое их сотрудничество представляется весьма невероятным; черты же сходства в живописи Брейгеля и Роттенгаммера не что иное, как результат одинаковых веяний: оба должны были еще на родине быть знакомы с творчеством Л. Валькенборха, Конинкслоо и Гуфнагеля, оба затем получили в Италии сильные впечатления от искусства раннего барокко.

Зависимость Роттенгаммера от венецианцев и, в частности, от Тинторетто доходит подчас даже до полной и не лишенной удачи подражательности. Картину Роттенгаммера в Лувре "Смерть Адониса" легко принять за работу если не самого Якопо Робусти, то, по крайней мере, сына Тинторетто - Доменико. Позже немецкий мастер заразился влияниями определенно-нидерландского характера, в частности, манерой Спрангерса и Гольциуса. В картинах этого времени у него и встречаются "брейгелевские пейзажи", но в это время во вкусе Брейгеля работали все видные пейзажисты и среди них как раз те два художника, которые были заняты для немецкого императора: Саверей и Стефани6.

В своей любимой резиденции, в Праге, Рудольфу II удалось собрать целый ряд видных художников, дававших усталому, склонному к меланхолии государю иллюзию какого-то культурного расцвета, каких-то "новых Афин". Со времени Карла IV Прага не видела столь блестящих дней, более интенсивной художественной деятельности; но та эпоха была все же несравненно более яркой; тогда еще была полна жизненных сил церковь, тогда могли вырасти устремленные к небесам соборы, засиять мистическими огнями и золотом алтари; теперь же все свелось к "эстетизму", к украшению, к маскированию неприглядных сторон человеческого существования. Характерно для личности Рудольфа II то, что наряду с превосходными памятниками искусства он собирал и всякие курьезы (причем нередко становился жертвой шарлатанов), наряду с хорошими художниками он поощрял и бездарных рифмоплетов, а наряду с положительными науками его интересовали алхимия и астрология, из которых первая пожирала несравненно больше средств, нежели художественное коллекционерство.


Свадьба пелея и Фетиды (Ганс Роттенгаммер)1 Tobias Stimmer из Шаффгаузена родился в 1539 г.; работал с 1570 г. в Страсбурге, с 1579 г. в Баден-Бадене; умер в 1582 г. в Страсбурге. Из его фасадных фресок сохранилась одна в Шаффгаузене ("Hans zu Ritter"). Из картин Штиммера дошли до нас одни только портреты ("Супруги Швитцер" 1564 г. в Базельском музее).
2 В Швейцарии, откуда был родом Штиммер, процветала в течение всего XVI века и даже еще в XVII веке особая отрасль стекольной живописи, предназначенная для украшения окон бюргерских домов. В большинстве случаев, такие оконца украшены гербами домохозяев, поддерживаемыми ландскнехтами или какими-нибудь аллегорическими фигурами. Иногда встречаются и библейские сюжеты, а также басни и пословицы. Рисунки для этих прозрачных картин не гнушались давать лучшие художники. До нас дошли такие Scheibenriss'ы самого Гольбейна (в Базельском музее), Деутша, Графа, Штиммера. Последним виртуозом в этой области был последователь Штиммера, превосходный рисовальщик Даниель Линдмейер из Шаффгаузена (1557-1607? гг.), известный также как гравер и как орнаментальный живописец.
3 Вполне достоверного, относительно этой картины и ее автора, ничего не известно. В старых каталогах она значилась под именем Париса Бордоне, однако если уж кто из венецианцев вспоминается при взгляде на нее, так это скорее Дзелотти или Веронезе. Рубенса до странности напоминают фигуры двух девушек, спешащих к купальне, и две фигуры справа на авансцене. Можно еще предположить, что эти фигуры приписаны несколько позже на картине, которая была оставлена мастером неоконченной, но это опровергается полной слитностью ясных, светлых красок всех деталей с общим "белокурым" тоном картины. Возможно, наконец, что перед нами произведение того загадочного Ламберта Зустриса (1520? г. Амстердам? - 1591 г. во Флоренции), который вместе со Шварцем работал при дворе баварского герцога Вильгельма V и которому, между прочим, приписывается прекрасная картина в Лувре "Венера", имеющая так же, как и разбираемая картина, много общего с живописью Веронезе и Дзелотти.
4 Christoph Schwarz родился в Ингольштадте около 1550 г.; ученик младшего Боксбергера (умер в 1589 г.), завершил свое образование в Венеции; по возвращении на родину состоял придворным живописцем герцога Баварского, что, однако, не уберегло его от общей участи немецких художников, от борьбы с нуждой; умер Шварц в 1597 г. Из произведений его назовем: алтарную картину ("Богородица во славе") в Пинакотеке, превосходное "Падение ангелов" в мюнхенской Michaelskirche, Распятие в Martinskirche в Ландсгуте; автопортрет его, с женой и сыном, в Пинакотеке.
5 Johannes Rottenhammer родился в Мюнхене в 1564 г.; ученик своего отца и Ганса Донауера; в 1594 г. отправился в Венецию, где сильнейшее впечатление на него произвело творчество Тинторетто; в 1604 г. художник получает право гражданства в Аугсбурге, но уже в 1605 г. он снова в Венеции: остаток жизни, с 1607 по 1623 г., Роттенгаммер провел в Аугсбурге в довольно стесненных обстоятельствах. Из многочисленных картин мастера можно назвать: "Рождество Христово" "Убиение младенцев", "Страшный Суд" и "Падение ангелов" в Венском музее, "Ессе Homo" 1594 г. и "Гибель титанов" 1604 г. в Кассельской галерее, "Отдых на пути в Египет" 1597 г. в Шверинской галерее, "Брак в Кане", "Пляска амуров" и "Св. Семейство" в Мюнхенской Пинакотеке, большую картину в Лувре "Смерть Адониса"; в Эрмитаже Роттенгаммер представлен четырьмя характерными картинами; превосходная картина мастера "Зима" украшает собрание графини Голенищевой-Кутузовой.
6 О художнике, получившем господствующее значение при дворе баварских герцогов еще при жизни Шварца и отчасти, вероятно, помешавшем Роттенгаммеру сделать карьеру на родине, - о Петере де Вриенде "Кандидо" - мы уже говорили выше. Как живописец, Кандидо уступал обоим немецким художникам, зато скульптурные его работы отводят ему одно из самых первых мест в - непосредственной близости с Джованни да Болонья.

Предыдущая глава

Следующая глава


Дремлющие девы (А. Босс)

Святой Георгий освобождает царевну (Пизанелло)

Мертвая натура (А. Переда)


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 3 > Немецкая живопись в эпоху ренессанса > Последние могикане > Одаренные Богом
Поиск на сайте   |  Карта сайта