Жозеф Паррасель

Взятие и пощада Валансьена (А.В. Ван-дер-Мейлен) Однако почему и до сих пор любая «баталия» Бургиньона лучшее украшение для стен, почему ее можно повесить даже в гостиную или в столовую, где как будто таким темам вовсе не пристало? Исключительно потому, что чисто живописные достоинства картин Бургиньона совершенно заслоняют их сюжетность, и что эти картины принадлежат к самым блестящим кускам живописи вообще. Даже изящные баталии Воувермана или яростные схватки Розы уступают меткости рисунка, сочности краски, плотности живописи и «фуге» Бургиньона, благодаря которым подлинную картину мастера всегда можно отличить от несметных произведений его подражателей и фальсификаторов. Как прекрасны одни эти пышные громады облаков на благородном, предвещающем Коро, сероватом небосклоне, и эти клубы разноцветного плавно расстилающегося дыма, служащие таким эффектным контрастом к силуэтам латников и пехотинцев.

К «живописцу» Бургиньону примыкает и его ученик Жозеф Пар-росель, по специальности тоже «баталист» и тоже подпавший в Риме под влияние Розы1. Кажется, точно в то время ничего другого не оставалось, как писать баталии, если только художник задавался целью изображать жизнь и при этом разрешать чисто красочные задачи. Вспомним, что и «кульминационный художник колоризма» Ватто начал с баталий и лишь затем перешел к fetes galantes. Интерес Парроселя к самой живописи подтверждается, между прочим, сохранившимися рассказами о тех фокусах, на которые он пускался, чтобы придать своим картинам особый блеск краски и особую глубину тона. «L'effet d'un tableau lui paraissait la partie la plus essentielle», рассказывает о нем старинный биограф, и вот для этой цели мастер готов был впускать в краску золото в порошке и даже вкраплять в живопись драгоценные самоцветные камни. Зато говорили, что невозможно обнаружить больше вдохновения (genie) и огня, нежели это видно в живописи Парроселя, в его легком, элегантном мазке, в его поразительной красочности, в его уверенной и твердой кисти и в изумительных эффектах света.

Подобные слова годились бы вполне для характеристики другого современника Парроселя — Маньяско, тоже отчасти происшедшего от Розы, тоже писавшего и военные картины. Но близость Парроселя к Маньяско (едва ли было личное влияние одного на другого) становится еще более очевидной, когда мы обратимся к серии офортов с библейскими сюжетами французского мастера. Правда, в них, как и в картинах генуэзца, нечего искать нежной поэзии или трогательного чувства. Бравурность и блеск импровизации поражают более всего остального. Но зато каким Парросель представляется в этих листках находчивым и разносторонним сочинителем, а главное — каким прекрасным пейзажистом, очень своеобразно обновившим формулы, унаследованные им от Калло и Розы. К сожалению, из картин сейчас мы знаем только его баталии, тогда как известно, что интересный мастер писал и охоты, и портреты, и исторические и бытовые сюжеты.


1 Joseph PaiTocel, один из самых видных членов многочисленной династии, родился 3 октября 1646 г. в Бриньоле (департамент Var). Двенадцати лет Ж. потерял своего отца, живописца Barthelemy Р., после чего дальнейшим художественным воспитанием юноши занялся его брат Луи, поселившийся в Лангедоке. Спустя три года Ж. бежит из дома и поселяется одно время в Марселе, где он занят росписью кораблей. Вслед затем Ж. отправляется в Париж, после четырех лет возвращается в Прованс, наконец попадает в Рим и здесь сближается с Бургиньоном и с особенным увлечением изучает Сальватора Розу. Долгое время П. живет также в Венеции, и лишь покушение на его жизнь завистников вынуждает художника покинуть этот город. В 1675 г. П. в Париже, и в том же году он женится. Лебрен относился уклончиво к искусству Ж. П., но Лувуа дал возможность мастеру отличиться, поручив ему живопись в трапезной Hotel des Invalides («Победы Людовика XIV»). Тот же министр занял художника работами в Марли и в Версале. Член Академии — в 1676 г.; советник Академии — в 1704 г. Умер мастер 1 мая 1704 г. Произведения Жозефа Парроселя хранятся в Лувре, в Версале (м. п., вид Place Royale в Париже), в музеях Безансона, Дижона, Лиона, Нанта («Исцеление бесноватых»). Самим мастером награвировано 90 офортов, из которых особенно замечательна серия «Жизни Христовой». Его племянник и ученик Ignace Р. много работал в Италии, Австрии и Бельгии, где он умер в 1722 г. Сын Жозефа Charles (о котором речь впереди) был учеником Лафосса. Ж. П. отличался необычайной силой и крайне вспыльчивым характером, много вредившим ему в жизни. См. Etienne Parrocel «Monographic des Parroceb, Marseille, 1861.

Предыдущая глава

Следующая глава


Призвание апостола Петра (Фредерико Бароччио)

Петербургские типы (Н. Щедровский)

Сельский пейзаж. 1910 г.


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 4 > Французская живопись с XVI по XVIII век > Баталисты > Жозеф Паррасель
Поиск на сайте   |  Карта сайта