Франческо Маццола Пармеджанино

Автопортрет в выыпуклом зеркале (Франческо Маццола Пармеджанино) Мы видели, что "хитростями" световых задач был занят Бацци Содома, и в этой одной черте проглядывает уже какая-то родственность его изощренного искусства с искусством Корреджо, хотя едва ли произведения одного художника были известны другому. Еще резче сходство в задачах сказывается между другим великим сиенцем XVI века, Доменико Бекафуми "Мекерино", с Корреджо, но и на сей раз мы имеем два независящих друг от друга явления, вызванных просто тождеством культурных условий и "вкусом времени"1.

Сходство между искусством Бекафуми и Корреджо яснее всего обозначается в том, что и Бекафуми предоставляет свету очень значительную роль и любит им пользоваться для усиления таинственного и фантастического впечатления2. Но и кроме того, в склонности к странному, вычурному, к чему-то игриво-танцевальному, склонности, определенно сказывающейся в зрелых произведениях сиенца, обнаруживается родство его искусства с искусством Корреджо. Бекафуми не трогает и не радует, но это большой фантаст-затейник, произведения которого вызывают всегда впечатления чего-то тревожного. При этом он, рядом с Перуцци, один из лучших виртуозов-рисовальщиков своего поколения, нередко злоупотребляющий своими знаниями человеческого тела, нередко, благодаря своей чрезмерной самонадеянности, впадающий и в утомительный маньеризм.

Среди близких к Корреджо художников нужно назвать двух пармцев: Франческо Маццола "Пармеджанино" и его свойственника, Джероламо Бедоли.

Редкая картина так характерна для вкусов своего времени, как автопортрет Пармеджанино в Венском музее3. Этот портрет является одной из самых совершенных имитаций видимости и мог бы, вероятно, соперничать с виноградом Зевксиса и занавеской Парразия. Пармеджанино пожелал фиксировать свое отражение в выпуклом зеркале, употреблявшемся для бритья, и с этой целью написал портрет на деревянном полушарии. Опыт, увенчавшись полным успехом, произвел в свое время сенсацию, и даже для нашего "выдрессированного" фотографией глаза этот кунштюк не потерял своей силы иллюзии. Портрет этот относится к самому началу деятельности Франческо, и, очевидно, его возникновением мы обязаны тем впечатлениям, которые юноша получил от "иллюзионных" произведений Корреджо. Однако в дальнейшем он увлекся другими задачами и весь отдался какой-то мании, которую можно бы характеризовать "живописным плясом".

Бой святого Михала Архангела с дьяволом (Д. Бекафуми) Те черты, которые уже просвечивают в некоторых фигурах Перуцци и еще с большей определенностью обнаруживаются в творчестве Бекафуми, Перино, Полидоро и Сальвиати: какая-то изощренность в фигурах, в жестах, в одеждах, внешняя пышность композиции, какое-то искание нарядности за счет всякого настроения, какой-то индиферентизм к содержанию, "бездушие" - все это проявляется в утрированной степени в картинах и рисунках Пармеджанино, имевших у современников и в течение следующих трех веков ни с чем не сравнимый успех. Можно сказать, что никто (и даже Микель Анджело) не сделал столько для привития обществу "барочного вкуса", как Пармеджанино, творения которого вскоре, благодаря гравюрам и бесчисленным копиям, сделались общим достоянием.

Микель Анджело и Корреджо - настоящие родоначальники барокко, но их искусство слишком возвышенно и по существу неподражаемо. Напротив того, все легкое, жеманное, кокетливое искусство Пармеджанино - которое можно, пожалуй, охарактеризовать словами "элегантная карикатура на Корреджо" - получило значение общедоступной школы модного вкуса. О нем скорее всего думаешь, изучая, например, фламандцев, французов, немцев XVI века. Весьма многие художники, старавшиеся угнаться за Микель Анджело, на самом деле близко подходят только к Пармеджанино. В своем месте следовало указать и на то, что многими чертами своего стиля обязаны ему и такие выдающиеся итальянские художники, как Приматиччо, Пеллегрино, Аббати, оба Цуккаро, успевшие познакомиться с его творчеством в Риме или в Болонье4 и ухватившиеся за найденные им формулы, как в наше время ухватилась молодежь за формулы кубизма. Многое, наконец, перешло от Пармеджанино и к таким колоссам, как Греко и Тинторетто.

Таким образом, в общей истории живописи Пармеджанино играет очень крупную, но все же скорее отрицательную роль. Это виртуоз - и только. Но какой это виртуоз, какой это мастер линии, какой неисчерпаемый композитор, не знающий, что такое трудности! Поставленные рядом с Корреджо произведения Пармеджанино теряют чрезвычайно. Фрески его в пармской церкви Steccata, при всей своей грации и красоте, производят ничтожное впечатление, если только что глаз налюбовался гениальным плафоном Корреджо в Дуомо. Эти изящные девы, эти грациозные святые так же, как и крутящиеся орнаменты, - лишь декорация, ничего не выражающая и ни в чем не убеждающая. Однако взятые сами по себе, каждая из этих фигур чарует стройностью, уверенной осанкой, живописностью - это идеальные украшения, вплетенные в общий рисунок узора изумительным знатоком линий и форм.


1 Доменико ди Паче, сын крестьянина и в молодости пастух, родился около 1486 г.; им заинтересовался Лоренцо Бекафуми, собственник земли, которую арендовал отец Доменико, и взял юношу с собой в Сиену. Здесь Доменико учился сначала у одного посредственного живописца, изучая при этом коллекции рисунков Лоренцо, затем он увлекся работами Перуджино и Содомы. В 1532 г. Доменико расписывает и украшает скульптурой плафон в Синьории (отметим одновременность этих trompe loeil`ных исканий с росписью Корреджо Дуомо в Парме) и с 1519 г. до 1546 г. занят рисунками для пола в Сиенском соборе. В 1537-1538 гг. он исполняет заказы для Пизы, с 1544 г. занят абсидой в Сиенском соборе (поврежденной в 1798 г.); последнее время Доменико был занят скульптурой. Умер Бекафуми в 1551 г. (?).
2 Эта черта, несомненно, германского происхождения. Но в смысле пробуждения интереса к свету, к игре света и тени, многим обязана итальянская живопись поискам и находкам в этой области Леонардо. Через Содому Бекафуми мог уже очень рано познакомиться с идеями этого порядка Винчи.
3 Франческо Маццола, или Маццуоли, родился в 1503 г. в Парме и получил первые сведения в живописи от своих дядей Микеле и Пьеро Иларио (отца своего, Филипио Маццуоли, которого мы знаем в качестве первоклассного портретиста, близкого к Антонелло да Мессина, Франческо потерял в раннем детстве, в 1505 г.). Умер Франческо 24 августа 1540 г. в Казаль-Маджоре.
4 В Рим Пармеджалино прибыл еще юношей в 1522 г. и оставался здесь до "Sacco" 1527 г., после чего, разоренный буйствовавшими ландскнехтами, он переселился в Болонью. Последние годы Франческо провел в Парме и кончил жизнь в Казаль-Маджоре, куда он бежал, преследуемый кредиторами. Он привел свои дела в расстройство благодаря своему увлечению алхимией.

Предыдущий раздел

Следующая глава


Отдых на пути в Египет (Фр. Буше)

На пашне. Весна (А.Г. Венецианов, 1820-х гг.)

Приготовение к охоте (Ш. де Лафос)


Главная > Книги > История живописи всех времён и народов > Том 2 > Конец Золотого века в средней Италии > Близкие духом с Корреджо
Поиск на сайте   |  Карта сайта